MATTHEW // TONY // JACE // HERMIONE
В этой вселенной много тайн и загадок, что хотят быть разгаданы и желают встречи с тобой, друг. Сейчас ты попал на пересечение галактик, каждая из которых хочет поглотить тебя себе, но для начала выбери хотя бы одну, ту, что ближе всего твоему сердцу, ту, что станет тебе последним приютом и самой настоящей семьей. Мы приветствуем тебя, искатель приключений, и надеемся, что ты останешься тут надолго.
правила администрация роли нужные хочу видеть точки отсчёта списки на удаление новости картотека твинков вопросы к амс

Novacross

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Novacross » на борту корабля // фандомные эпизоды » мы с тобой одной крови


мы с тобой одной крови

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

мы с тобой одной крови
★ ★ ★ ★ ★ ★ ★ ★ ★ ★ ★ ★ ★ ★ ★ ★

https://78.media.tumblr.com/018affbdd9591acd90b819362eba0db4/tumblr_pe0fvgBEpr1uxke6do3_540.gif

★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★
Sansa Stark & Jon Snow
Черный Замок
ночь

★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★★
Все готовятся к битве с Болтонами за Винтерфелл.
Сансе не спится.

https://78.media.tumblr.com/3e1dc9fde2a0cad7f7e24923f14391c3/tumblr_pe0fvgBEpr1uxke6do4_540.gif

+1

2

Раньше Сансе никогда не нравился Джон. Когда она была маленькой и глупой, она сторонилась брата, едва узнав, что такое "бастард". Ей говорили, что бастарды плохие, и Санса слепо принимала это на веру, никогда даже не пытаясь узнать Джона Сноу, не играя с ним, когда они оба были детьми, и тем более, когда подросла, когда поняла, как должно вести себя леди. Санса всегда была леди, леди до кончиков ресниц. Она вышивала, играла на арфе, вела себя учтиво со всеми, как будто за это ее в будущем ожидал какой-то приз, награда - золотоволосый принц, счастливая жизнь. Санса всегда старалась быть хорошей, старалась заслужить похвалу отца, матери, септы Мордейн. К чему привело то, что она так хотела быть хорошей, она, пташка с Летних островов, что щебечет в клетке свои веселые песенки, которым ее научили? Учтивые слова и покорность, безусловно, не могли принести ей счастья, но они спасли ей жизнь. Находясь в стане врагов, в руках убийц своего отца, в руках мучителя Джоффри, Санса говорила вежливо - учтивость - доспехи леди. Так говорила мама, и так и случилось; учтивость и вежливость стали ее доспехами, о которые ломались копья ее палачей.

Но, если в Королевской Гавани пташке могли помочь сладкие речи и уверения в своей преданности [я молюсь Семерым за счастье его милости], то от Рамси Болтона не спасало ничто. В какие-то самые болезненные и постыдные моменты Санса малодушно помышляла о самоубийстве, пока не вспоминала, кто она на самом деле. Дочь хранителя Севера; брак с ней - ключ к правлению Севером, проклятый Болтон взял ее в жены не ради ее красоты - ради власти. И помощь пришла, откуда Санса ее не ждала - Теон. Она считала его подлым убийцей и изменником, нарушившим верность, обещанную ее брату Роббу, но Грейджой и сам потерял все, что имел - потерял себя самого, и потому ненавидеть его по-настоящему не получалось. Теон не убивал ее братьев - он открыл секрет Сансе, он помог ей бежать, он готов был умереть, лишь бы спасти ее от Рамси. Что сейчас с ним случилось, Санса не знала. Волновалась о нем, конечно - он был ей почти как брат, воспитанник ее отца, насмешливый и веселый, всегда дразнящий их с Арьей - теперь от прежнего Грейджоя осталась лишь тень. И все же - благодаря ему она сейчас здесь. Ему и Бриенне, леди-рыцарю.

Прибыв в Черный Замок, Санса мало на что надеялась. Она разучилась надеяться, разучилась верить в чудеса. Но то, что ее брат был жив, то, что он встретил ее с теплотой, оказалось истинным чудом. Санса вела себя с ним отвратительно, однако Джон не помнил прошлые обиды - подхватил ее, когда она бросилась к нему в объятия, повисая на юноше, впервые за много лет обнимая кого-то первой, проявляя к кому-то нежность. Джон больше не казался ей плохим, потому что был бастардом - Санса сама выдавала себя за бастарда Петира Бейлиша, это было мерзко, но выхода не было. Либо играть по плану Мизинца, либо погибать. Санса Старк стала Алейной Стоун, Джон Сноу стал лордом-командующим. Санса Старк - леди - упала вниз, Джон Сноу - бастард - возвысился. На самом деле эти титулы ничего более для Сансы не значили, ей было плевать на всех на свете бастардов и всех на свете королей. Она лишь хотела вернуть Винтерфелл, вернуть Север, взять его в свои руки. Они с Джоном могли бы вместе править им, как правили их отец и мать. Но с Севера из-за Стены шла смерть, а Рамси Болтон вызывал Джона на битву, чтобы вернуть свою жену.

Санса знала, что живой в руки Болтона не дастся. Она выпросила у мейстера флакончик с ядом - скорее, даже пригрозила, чтобы он дал его ей. Никто не знал о том, что красивый кулон на шее Сансы содержит в себе каплю смертоносной жидкости, и она не сомневалась, что прибегнет к этому средству, если Рамси доведется победить. Если больше не будет Джона и Бриенны. Если некому будет ее защитить.

Близилась битва. Уже завтра войско Джона должно было выступить против войска Болтона. Двое бастардов схлестнутся в бою за Север и за леди Старк. Санса боялась за брата, боялась, что ради нее он умрет, боялась умирать сама, боялась, что не достанет решимости принять отравленное зелье, боялась, что Рамси снова заберет ее в свои лапы, чтобы издеваться и причинять боль. Сансе не спалось. Она отчаянно хотела увидеть Джона, сказать ему - что? Она сама не знала, что скажет единокровному брату при встрече, но все же встала с постели и оделась. Здесь было холодно; Санса укуталась в меха. Холод везде преследовал ее, стоило только покинуть Королевскую Гавань и вернуться на Север, но это был приятный и благодатный холод, куда лучше, чем мерзкая, душная вонь на южных улицах. Здесь пахло свежестью и хвоей, а небо Севера, о котором она едва помнила там, в других краях, раскинулось над головой такое вечное и бесконечное, что вышедшей во двор Сансе захотелось расплакаться, глядя на звезды, мигающие в черном полотне неба.

Она истошно хотела увидеть Джона, но не пошла в его комнату. Санса все еще оставалась слишком учтивой и воспитанной леди для того, чтобы нахально врываться в мужские покои лишь затем, чтобы увидеть родное лицо. Поэтому Санса просто шла вперед, шагала по снегу, что скрипел под ее ногами, шла медленно, как будто во сне.

Боги, однако, благоволили к ней, хотя Санса со временем перестала в них верить. Вдали она увидела силуэт Джона. Наверное, ему тоже не спалось.

Санса помнила, как изменился в лице брат, читая письмо от Рамси. Читая то, как он обещает, что его воины по очереди изнасилуют его сестру. Санса отняла тогда письмо ублюдка Болтона из рук Джона и прочитала сама, хотя Джон не хотел, чтобы она увидела жестокие обещания Рамси. По спине леди пробежал холодок, едва она подумала о том, на что способен ее муж.

- Джон, - тихо окликнула Санса, подойдя к Сноу и остановившись в отдалении, сложив руки и внимательно глядя на брата. Ему нужно поспать, ведь нельзя сражаться, будучи уставшим - но Санса не решилась прогонять Джона в постель, он сам вправе решать, где ему проводить ночи. В конце концов, сама Санса не спит, а нуждается в обществе родного ей по крови человека.

Только сейчас Санса осознала, что в их жилах течет одна кровь. Северная кровь Эддарда Старка. Неважно, кем была мать Джона - леди или шлюхой, главное, что его отцом был Эддард Старк, лорд Винтерфелла и Хранитель Севера. Они с ним одной крови, они в какой-то мере отражения друг друга. Бастард, что возвысился. Леди, что стала бастардом. Так причудливо мешается колода карт!

- Я не могу заснуть, - почти по-детски пожаловалась Санса.

+1

3

О чем мог мечтать молодой волк, которого посадили в клетку? Конечно только об одном, как бы оказаться на свободе. У Джона было такое же ощущение, когда он в очередной раз осматривал место, которое раньше было его домом. Но только не сейчас, после того, как свои же предали, убив его. Они даже не старались быть аккуратными, когда наносили все новые и новые удары мечом. Каждый из них. Каждый нанес по одному удару, попадая в разные места, но в тоже время, стараясь ударить сильнее, побольнее. Будто это показывало их горечь и злость на то, что Сноу их подвел. Они не понимали, что против Короля Ночи не поможет ничего, возможно, если бы они сплотились с одичалыми, то можно было добиться малых, но все же результатов. Но его бывшие друзья не понимали этого или же не хотели понимать, желая лишь оставаться теми, кем раньше были - наемниками, убийцами, насильниками. 

Джон тогда не хотел умирать, ведь в его голове пронеслось столько желаний, которые он хотел исполнить в жизни - встретить Сансу и поддержать ее, потому что она видела смерть отца, а потом про нее ничего не было слышно. Но бывший лорд-командующий догадывался, что жизнь ее была не столько сладка, как она того желала. Джон еще помнил, как проходя мимо комнаты, где собиралась все девушки, женщины его семьи, занимаясь рукоделием, как Санса рассказывал свои мечты о принце, который бы ее любил и оберегал. Но мечты имеет желание не сбываться, потому что обычно реальность бьет сильнее молота кузнеца или же меча, вонзенного в тело. Боль после этого адская и не каждый может выдержать и не сломаться. Только сильные духом люди, проходили это, все еще продолжая держать голову высоко, но в их глазах плескалось такая обреченность и понимает ситуации, что незнающие ежились под таким взглядом, стараясь опустить  свой взгляд вниз или же стараясь обходить такого человека стороной. У Сансы были именно такие глаза, но Джон никогда не решится ее спросить о том, что девушка пережила, пока они были по разные стороны. Просто он знает, что бередить раны нельзя, потому что они не зажили и кровоточат, шипя все еще обжигают. Но теперь девушка была здесь, рядом, и Джон собирался всеми возможными и невозможными способами помочь сестре, защитить. Старшая Старк должна, наконец, получить свой кусочек счастья, а для этого нужно было лишь забрать их дом у Болтона.

А еще хотелось увидеть Арью, которая просто пропала, будто исчезла совсем. Джону хотелось верить, что его маленький воин, его сестра, жива, потому что он знал, что Арья сильная. Какой бы она милой и слабой не казалась, ее сердце тверже стали, а ее стремление добиться своего и выжить сильнее из всех Старков. Девочка всегда была на шаг вперед, будто зная, что то, что она делает, ее пригодится. Джон преклонялся и восхищался ею, желая ее только успехов и всячески поддерживая. Но Арья жива, в это Сноу верил и мог дать руку на отсечение.

Сейчас его больше волновал Рамси Болтон. Кулаки невольно сжимались, когда Джон только вспоминал то письмо, которое он получил от этого отребья, который был настолько наглым, что просто требовал вернуть ему Сансу. В душе возгорался гнев, и Джону приходилось закрывать глаза, чтобы успокоить себя и свое дыхание, желая оставаться думающим человеком, а не опьяненным существом, который только и желает, что убить мешающий ему объект. Это давалось с трудом, потому что Джон не был уже чистым душой. Он всегда будет бастардом, предателем, Вороной и воином, который будет убивать, чтобы защитить то, что так дорого. Но что же теперь осталось для него дорогим? Совсем горсть, которая так и стремится развеяться на ветру, потому что оно так же хрупко, как и тонкая палка, которую можно легко сломать и выбросить. И в эту горсть попадала его сестра, которой грозила большая опасность. Джон помнил, как Санса выхватила из его рук письмо, желая дочитать все сама, но Джон уже не слушал. Его глаза потемнели, а брови сошлись к переносице, он если сдерживал себя, чтобы сразу же не выхватить меч и ринуться к Болтону, желая его изрубить на мелкие кусочки. И Сноу даже не волновало, что там будет целая армия. Он бы пробился, даже если бы был весь израненным, ведь его желание добиться правосудия, всегда сбывалось. Никто не уходил от него. Рамси ожидало самое изощренное наказание, потому что Джон собирался его избить до полу смерти, но не убить, ведь это было самое легкое наказание. Даже сам бастард поежился от своим мыслей, но тогда это казалось правильным. Ведь он не отдаст Сансу этому маньяку, который свихнулся на вседозволенности.

И теперь Джону не сплось. Была очередная ночь в замке, но Сноу уже и не помнил, когда он нормально спал. А спал ли он вообще спокойно? Уже прошло больше суток с того момента, как свои убили его, больше суток с того момента, как он вернулся в мир живых и больше суток с того, как он приказал собирать воинов, которые были готовы пойти с ним против ублюдка Рамси. Близился час битвы, но у бывшей Вороны не было ни одном глазу сна, потому что он больше не мог спать. Потому что, закрывая глаза, он видел лица всех своих братьев по службе, которые втыкали в него меч. Он просто боялся не проснуться, считая, что сейчас он все также мертв, а это лишь его личный ад, в который он попал после смерти. Было действительно реалистично. Но лишь друзья показывали своим понимающим, сочувствующим взглядом, что он действительно жив и все еще должен волочить свою жизнь в этом жалком и опасном мире. Что ж, Джон был готов, потому что он готов быть во все оружие, потому что ему дали еще один шанс для жизни.

В комнате было душно, Джон не мог найти себе место. Его одолевало предвкушение, руки чесались хватить меч, а в голову лезли мысли, которые начинали сводить с ума. Нужно было освежиться. Сноу выскользнул из комнаты, желая выйти подальше, где будет спокойнее, а такое место всегда было одно. Раньше от там скрывался, чтобы следить за тренировками новобранцев, желая оценить навыки их владения оружия. Сэм тогда посмеялся над ним, сказав, что он не меняется. Что правда, то правда. Но теперь это место было для него спасением, потому что там было тихо.

Шаг был тихим и уверенным, Джон шел не спеша, желая насладиться моментом тишины и одиночества, кстати, последнее всегда будет его в сердце, потому что Джон не считал себя тем, кто мог бы заслужить себе счастье. Не тот момент, когда над всем миром висит угроза, не в тот момент, когда ублюдок Рамси желает забрать его сестру, его Сансу. Раньше Сноу помнил, как старшая Старк вела себя с ним отстранено, будто желая отстраниться от бастарда, который опозорил семью Старк. Бывший лорд-командующий ее понимал, поэтому не лез, но все же девушка ему всегда нравилась, потому что Санса была живой, наивной, но такой женственной. Именно такими должны были быть леди Винтерфелла, именно такими должны были быть женщины семьи Старк. Санса пошла красотой в Кейтлин, но в ней была своя хитринка, которая делала ее собой, делая ее хрупкой, но в тоже время сильной. Это завораживало, но хотелось на такое только защищать, потому что такие девушки всегда верным свои словам и действиям. Они опасны и желанны, и многие бы возжелали иметь такую при себе, стараясь сломать, подделать под себя. Всегда найдут подобные Рамси Болтону, который грезит опустить, унизить, сломать, желая увидеть только страдания и вечную покорность.

Джон замирает на своем излюбленном месте, опираясь на перила. Ветер тут же влетает в волоса, треплет и отпускает, а мужчина наконец выдыхает. Спокойствие разливается в груди, а тревожные мысли отходят на второй план. Все же, чему быть, то действительно никогда не миновать. Этой битвы не избежать, даже если численный противовес на стороне Болтона, Джон верит только в себя и в тех, кто пошел с ним. Судьба распорядится сама, кому суждено выиграть, а кому проиграть. Это решится через пару часов, а сейчас нужно было просто опустошить голову, потому что так было проще, правильнее. Выдохнув, Джон направил свой взгляд вдаль, радуюсь весьма прохладной погоде. Тут всегда было холодно, всегда был снег, который никогда не исчезал, делая это место необыкновенным.

- Санса, ты чего не в постели? - Джон удивлен появлению сестры, он не сразу поворачивает голову. Он удивлен ее появлению, но старается скрыть это, только устало бросает на девушку взгляд, осматривая. Она выглядит лучше, но все еще бледна, что говорит лишь об одном, что она еще не скоро отправится от того, что пережила, живя вместе с Рамси. Джон выдыхает через нос, стараясь унять свою ярость.

Еще и шрамы начинают ныть. От чего Джон хмурится и трет рукой грудь, стараясь унять боль. Сансе не обязательно знать то, что он чуть не умер. Поэтому он старается делать это незаметно, стараясь не показать свои страдания. Зачем нагружать Старк, которая и так увязла в своих проблемах и страданиях. Нет, Джон должен сохранить ее чувства, защитить от правды, даже если ее нужно сказать. Только не сейчас. А может и никогда. Санса должна оставаться сильной, потому что она будущая и настоящая Хранительница Севера, леди Винтерфелла. Он не должен тревожить ее душу.

- Тебя что-то тревожит? - Джон не знает, может ли он предложить свои объятия, чтобы успокоить ее мысли, ее сердце. Но решает промолчать, стараясь удерживать дистанцию. Он все еще не знает, как теперь Санса относится к нему, но чувствует, что теперь все стало по-другому, и девушка его не сторонится. Нет, она даже старается оставаться в его компания, будто ища защиты, будто только Сноу мог это ей дать. Бывшая Ворона был удивлен, но не старался отталкивать. Только лишь присматриваться, чтобы понять мотивы и желания своей сестры. И пока ему было тяжело понять. - Можешь мне рассказать, если готова. Я готов услышать все. - мужчина развернулся полностью, предлагая усесться на скамью, чтобы было удобнее было беседовать. Разговор предстоял серьезный, поэтому в ногах правды не было. Время к этому располагало, хотя Джон желал, чтобы сестра не мерзла здесь и уже лежала в своей комнате на постели.

Он снял свою меховую накидку, накинув ее на плечи сестру, улыбнулся. Заботливо укутал ее и сразу убрал руки, включая все свое внимание для того, чтобы выслушать. Еще одна бессонная ночь для него сегодня будет сращена беседой с человеком, который был дорог сердцу Джону Сноу, бывшему лорду-командующему, человеку, который умер и ожил. Сегодня одиночество его отпустит, потому что он сегодня не один.

+1

4

На самом деле Сансу тревожит многое. Она давно не может нормально спать - с тех пор, как голова отца отделилась от туловища мечом Илина Пейна, и его дочь видела это - и то, как кровь брызнула из шеи, и то, как голова покатилась по земле. Санса вовремя потеряла сознание, но увидела достаточно, чтобы после просыпаться в ужасе, ловя воздух ртом. А Джоффри показывал ей голову отца на пике, издевательски улыбался, и если бы он тогда не был окружен солдатами, которым приказывал бить ее - Санса бы не выдержала, столкнула ублюдка Ланнистера со стены - не просто ударила по лицу, как делают женщины, нет - оскалилась бы северной лютоволчицей и толкнула в грудь, и смотрела бы, как он падает, как его тело становится лишь бренными останками, которые нужно предать земле. Потом ей часто это снилось - и смерть отца, и его мертвая голова с остановившимся пустым взглядом, и ехидная улыбка Джоффри, и боль от удара, который нанес ей один из солдат… Подумать только - думала Санса - он посмел ударить меня. Меня.

Ее никогда не наказывали физически - вообще никак не наказывали. Санса была послушным и добрым ребенком. Леди-мать любила ее явно больше своевольной и неусидчивой Арьи, сама расчесывала волосы старшей дочери, которая была так на нее похожа, говорила, что Санса будет счастлива, если будет покорна.

Да, это ей пригодилось. Там, в Королевской Гавани, Санса понимала, что не может противиться издевательствам Джоффри, если хочет жить. Она улыбалась, со всеми была мила и учтива, и это стало ее доспехами, броней, которую никто не мог пробить. Пес сказал, что Санса - Пташка, поющая песенки, которым ее научили, но он был не так уж прав. Сейчас леди Старк это понимала - ее невинность стала некой защитной реакцией, ее доверчивость и наивность - способностью подстраиваться и выживать. Ее жалели. Ее жалела Маргери Тирелл и ее бабушка Оленна, Королева Шипов, ее жалел даже Пес - и однажды спас… Сейчас Санса думала - хорошо, что она тогда была такой несчастной. Красивая, печальная юная леди, пугливая и трепетная - та Пташка так и осталась в Королевской Гавани призраком на причале. В Черный Замок прибыла волчица. Сильная, храбрая, научившаяся терпеть любую боль, гордо выносить все беды, что выпадают на ее долю. Рамси был хуже Джоффри - намного хуже, но все же самое ужасное Санса уже выдержала - там, на ступенях Красного Замка, по которым катилась голова ее отца, пачкая кровью белоснежный мрамор. Рамси мог мучить и истязать тело Сансы, но не мог даже дотронуться до ее души. Не мог ее сломить, как сломил несчастного Теона, что потерял себя. И все равно, даже Грейджой нашел в себе силы противостоять своему мучителю, найдя эти силы, как ни странно, в Сансе. Он уводил ее из Винтерфелла, крепко сжимая руку девушки в своей, и говорил, что умрет, лишь бы она смогла уйти. В Сансе тогда шевельнулось тепло к тому, кого она все это время ненавидела за смерть своих младших братьев, но, как оказалось, это неправда, Бран и Рикон живы, поэтому Теон не заслужил того, что с ним произошло. Но если Рамси удалось повлиять на Грейджоя - он не мог сделать то же самое с Сансой. Калечить ее Болтон не имел права, ему это было просто невыгодно, ведь его жена должна была быть красивой, а души Сансы бастард коснуться не мог. Она сжимала зубы и терпела все удары и порезы.

Как она тогда сказала Миранде?

“Я - Санса Старк из Винтерфелла. Это мой дом, и ты меня не напугаешь”.

Ее дом, который нужно отвоевать чужой кровью. Ее дом, который либо вернется к ней, либо она просто умрет, потому что снова попасть в руки Рамси - хуже смерти. Джон не знает, что делал с ней Болтон - и не узнает, потому что Сансе слишком мерзко и стыдно думать об этом. К счастью, Рамси не трогал ее лицо, а тело скрыто под платьем и шубой, синяки же и порезы сойдут - шрамы не должны оставаться на коже прелестной жены, Болтон хотел, чтобы она была идеальна, и уж наверняка знал, как вредить так, чтобы следы сошли, оставив место для новых.

Джон был в ярости, когда Санса отняла у него письмо Рамси и прочитала его вслух. Наверное, если бы он мог - помчался бы сейчас же в Винтерфелл, без армии, в одиночку, просто уничтожить Болтона, который посмел посягнуть на его сестру. Это было приятно - Санса до сих пор чувствовала себя виноватой за детство Сноу, хотя и понимала, что не могла дать ему больше. Хотя бы потому, что в детстве мальчики редко интересуются девочками, если эти девочки ходят в красивых платьях, носят изящные прически, не бегают и не играют с оружием, как это делала Арья. Да и не было между ними с Джоном в детстве вражды. Привязанности тоже не было. Санса даже не могла сказать, что любит Сноу, как старшего брата - она не воспринимала его, как родственника. Она была по-сестрински трогательно и нежно привязана к Роббу, но Робб погиб на собственной свадьбе вместе с мамой, и эта новость почти уничтожила Сансу, но… ей придавало сил осознание, что в любом случае у нее останется Джон. Ведь Джон - на Стене. Что плохого может случиться на Стене? Кто вообще захочет убить бастарда Неда Старка? В страшных существ, что якобы живут за Стеной, вроде снарков и грамкинов, Санса не верила, равно как и в Иных. Все это - просто сказки старой Нэн. Самые страшные существа в этом мире - люди, причем - живые, а не покойники с голубыми глазами.

И завтра им всем предстоит сразиться с этими самыми страшными, с Рамси, что жестокостью не мог сравниться со зверем - зверь не так жесток, зверь убивает ради пропитания или защиты своих детенышей, и не издевается перед тем, как сомкнуть зубы на чужой глотке. И что будет, если Рамси победит? Что будет, если Джон… погибнет? Погибнет за нее, за Сансу, сражаясь от имени Севера, но на самом деле - за нее, ведь Север принадлежит ей, а не ему. Папа погиб, Робб погиб, а что, если Джон тоже…

Сансе страшно от этой мысли, и она спешит к брату - увидеть его, увериться, что он настоящий, а не видение, порожденное ее больным, искалеченным сознанием. Джон стоит, опираясь на перила - отсюда виден весь двор. Все люди, которые завтра поскачут навстречу победе либо навстречу смерти. За Север ли? Нет, прежде всего - за Старков. А Старк тут только один, вернее - одна. Арья… неизвестно, выжила ли сестренка, Санса не видела ее со времени казни отца. Бран, несчастный искалеченный мальчик, и Рикон, совсем еще ребенок… Не таким должен быть король Севера. Не калекой и не ребенком. И, что печально - не женщиной. Джон достоин занять место короля Севера, но он - не Старк.

Что ж, драконьей королеве ничуть не мешает ее принадлежность к слабому полу. Серсее - тоже. Чем Санса хуже? Разве она не сможет стать хорошей королевой? Разве она, ученица Петира Бейлиша, не сможет справиться с новой ролью?

Письмо уже отправлено в Долину. Пересмешник обязательно его получит - и, скорее всего, приведет войско к стенам Винтерфелла, чтобы поддержать ту, которую целовал в Орлином Гнезде. Санса чувствует вину перед Джоном за то, что не посоветовалась с ним, но она отвыкла доверять другим людям, пусть даже родным и близким. Она верила только в себя и свои силы. Джон, как все мужчины, хочет славиться великим полководцем - Санса не собирается ему мешать, но хочет иметь свой собственный козырный туз в рукаве.

И ей не стыдно.

Джон не сразу поворачивает голову на оклик Сансы, увлеченный своими мыслями - явно не радужными. Увидев же ее, смотрит удивленно, спрашивает, тревожит ли ее что-то; Санса улыбается. Действительно, что же ее тревожит? Завтра всего лишь битва за Винтерфелл, в результате которой Санса либо выживет и вернется в свой дом королевой, либо потеряет все, что ей дорого, и примет яд, который вытребовала у здешнего лекаря. Если она умрет - то умрет, пока от нее что-то осталось.

Джон тем временем так же добр к ней и заботлив, Сансе кажется, что она просто не заслуживает такого хорошего отношения с его стороны, но позволяет мужчине и усадить себя на скамью, и укутать в накидку, чтобы согреть. И правда тепло - но не от накидки, хотя и от нее тоже - Санса отвыкла от северных холодов, слишком долгое время проведя на юге.

- Я могу многое рассказать, - леди Старк улыбается как-то виновато, отводя глаза, и вдруг в ней вспыхивает все это, ярко и неугасимо, и Санса говорит злобно, сжимая кулаки, - Могу рассказать, как Джоффри приказывал своим солдатам меня бить и показывал мне голову отца на пике. Могу рассказать, как он пытался прилюдно меня раздеть, и раздел бы, если бы не Тирион. Могу рассказать, как тетя Лиза едва не столкнула меня в Лунную Дверь. Могу рассказать, как Рамси надо мной издевался - ты не видишь, потому что он никогда не трогал лицо, - дыхание леди Старк учащается, она будто заново переживает то, о чем вспоминает. Она хватает Джона за руки и сжимает их в своих - нет, Санса не заплачет. Не сейчас. Сейчас ей нужно быть сильной, быть дочерью Эддарда Старка.

- Джон, - Санса смотрит в лицо брата. - Обещай мне, что не умрешь! Папа… И Робб… Они оба погибли… И я боюсь… Я очень сильно боюсь. Мне это снится. Снится, что ты умираешь, а я остаюсь посреди пурги…

Санса дрожит, прижимаясь к Джону, но не от холода. Она ищет защиты в нем, ищет понимания, заботы - у нее больше никого не осталось, кроме него и Бриенны. Да, леди-рыцарь сильна, но даже она не сможет защитить леди Старк. Никто не сможет ее защитить. Никому это не под силу. Санса Старк может полагаться только на себя - всегда полагалась только на себя, на свой разум, на свое умение подчиняться и из этого получать собственную выгоду. Выгоду хотя бы в том, чтобы выжить. И выжила ведь - практически последняя из Старков, та, что является ключом к Северу - Рамси женился на ней именно поэтому, а не из желания обладать красивой игрушкой, красивая игрушка - это так, приятное дополнение к власти.

На лице Сансы отображается жестокое и злое выражение, когда она думает о Болтоне - она желает ему самой мучительной смерти.

- А если Старые Боги и Семеро будут благоволить нам и мы победим, - проговаривает Санса, - не убивай Рамси. Отдай его мне. Нам с ним будет, о чем поговорить, - и она скалит зубы, как волчица, чующая добычу.

Никого и никогда еще леди Старк так не ненавидела - даже Джоффри, хотя думала, что не сможет желать человеку смерти сильнее, чем желала ее золотоволосому королю Баратеону. Она пока не знает точно, что сделает с Рамси, но может примерно представить, чего хочет - хочет причинить ему боль и мучить, пока тот не запросит пощады. За себя, за Теона, за Винтерфелл...

Не только Ланнистеры - Старки тоже платят свои долги.

+1


Вы здесь » Novacross » на борту корабля // фандомные эпизоды » мы с тобой одной крови